ВАЛЕРИЙ СДОБНЯКОВ. ИСКРЫ ПОТУХАЮЩИХ КОСТРОВ
На фотографии: Валерий Сдобняков в музее «Волгагеологии». Журнал «Вертикаль. ХХI век» № 50, 2017 г. ДОРОГУ ОСИЛИТ ИДУЩИЙ 2006 год 1 — 3 сентября Кунавино Позвонил М.И. Кодин, спрашивал паспортные данные для полёта в Запорожье. Из Питера будет только Виталий Розе. Володя Шемшученко едет в Сибирь: «С Ганичевым» — так сказал Михаил Иванович. Вчера питерцы были в Москве. Как я понял, привозили новый номер газеты «Небесный всадник», где напечатан мой материал о выступлении губернатора Ипатова в Клубе Н.И. Рыжкова. В деревню поехали поздно вечером. Почти в ночь. Обошлось без пробки. Сделал там ещё одно значительное хозяйственное дело — очистил от ржавчины крышу над верандой. Теперь надо красить. Вечером в воскресенье собрались у Александра Павловича Пашкова в квартире его родителей на улице Бурнаковской (я, Жильцов, Юрин). Година смерти его матушки. 5 сентября Состоялся разговор у Юрия Покровского в пресс-службе губернатора. Никаких надежд на финансирование сборника. Но вёрстку книги взяли почитать. Любопытствуют. Ещё новость оттуда же. Создаётся издательский совет при областной администрации. Опять там будет Шамшурин. Не зарубил бы он помощь мне на издание книги к юбилею. Впрочем, может и лучше от всех них держаться подальше. 6 сентября Вечер в мастерской у Владимира Заноги. Не виделись целое лето. И у него, и у меня много поездок. За это время я выпустил номер «Вертикали. ХХI век», он написал много этюдов. Так что поговорить было о чём. А за стенами выл ветер, пробиваясь сквозь невидимые щели шевелил занавески на больших окнах. Мы же ели горячую картошку, солёного леща, пили крепкую настойку. Подобные встречи так дороги, так спасительны… 7 сентября В саду у Юрия Покровского, который в овраге за улицей Бекетова, провели нашу очередную встречу публицистов (хозяин, я, Цветков). Понятно, что никакого конкретного плана по поиску денег для издания книги ни у кого нет. Немного прошлись по дачному массиву — до родника, вода в котором (я под его струёй мыл яблоки) ледяная. Из-под яблонь пошли пешком с Юрием Николаевичем до площади Минина и Пожарского. Покровский всё уговаривал меня пойти на заседание Георгиевского общества, но я категорически отказался. Не смог себя «переломить», помня ту скуку, что испытал ранее однажды, побывав у них. В строительном институте, благодаря Хромову, удалось решить проблему с Наташиным экзаменом. 8 сентября Разговаривал по телефону с Ниной Николаевной Шестинской. Олег Николаевич на следующей неделе выписывается из больницы. С сердцем у него неважно, но подлечили. Сигнал «Слова» с моим очерком она уже видела. Я пообещал заехать к ним в Переделкино после Запорожья. С Сергеем Шестаком в Доме архитектора посмотрели выставку проектов памятника Нижегородскому князю Юрию Всеволодовичу. Мне понравилась работа В.И. Пурихова и ещё одна, состоящая из трёх фигур. Хотя место для памятника (перед Законодательным собранием) выбрали не совсем удачно. Эти памятники просятся на Откос, на волю. Пришли альманахи «Истоки» от С.Т. Прохорова из Нижнего Ингаша. Я порадовался — всё начинает приобретать вид настоящего издания. 9 сентября Получил в типографии первые двадцать книг из общего тиража «Сопротивления нелюбви». Это моя лучшая книга!!! 11 — 14 сентября Москва — Запорожье — Москва Набрал журналов, взял книги и на утреннем поезде поехал в Москву. В гостинице «Мотор Сич» на Соколе встретился с Виталием Розе, а уже оттуда в четыре часа на машине отбыли во Внуково. От Московского интеллектуально-делового клуба (Клуб Н.И. Рыжкова) в Запорожье полетело 26 человек. Состав представительный. В Запорожье встречал П.И. Кононенко. Всех повезли на Хортицу в ресторан (отличный), затем в гостиницу «Украина», расселили в просторные одноместные номера с холодильником, набитым закусками и напитками на любой вкус. 12.09. Утром поехали на завод. Богуслаев провёл подробную экскурсию по музею и по сборочному цеху. Много фотографов, операторов. Сборочный цех произвёл особое впечатление тишиной, сосредоточенностью. Там же выставили товары народного потребления от сепараторов и мясорубок до бензопил и лодочного мотора. В большом актовом зале открытое заседание Клуба. В.А. Богуслаев вновь коротко рассказывает о стратегии развития завода. Н.И. Рыжков вручает ему премию им. Косыгина. Кодин, Новожилов, Касатонов, Карпов вручают награды Академии безопасности и правопорядка. Здесь всё как всегда и без особых новшеств. Правда, хорошо, что вручили медали (с деньгами в конвертах) нескольким ветеранам войны. Это воспринималось особенно трогательно. Сумку с журналами мы с Виталием протаскали зря. Правда, у нас её забрал кто-то из устроителей завтрашних круглых столов. Да один экземпляр моей книги взял себе Кодин. Обедали на заводе. Потом долгая и обстоятельная экскурсия по Днепрогэсу, поездка на водочный завод «Хортица». (Новенькие линии блестят нержавеющей сталью, все работают не останавливаясь, корпуса, только что построенные на пустыре около города). Молодой директор бандюганского вида, может быть, только что перестал ездить на «разборки». Его джип во дворе — вместо автомобильного номера табличка: «Хортица». Устроили дегустацию. Вручили нам подарки. На теплоходе плывём по Днепру. Закат. Стоял у борта и смотрел на воду — медно-красную от заката, перекатывающуюся за кормой волнами. Ужинали в каком-то пансионате завода за городом — с тостами, обильно. 13.09. Наш круглый стол — встреча творческой интеллигенции. Вёл Сергей Николаевич Есин. Небольшой зал (видимо, для расширенных заседаний) был полон. Пришли от местного Союза писателей, из газет, от театра. Разговор получился хотя и не очень содержательным, но любопытным — о переводах, о том, что разъединившись, наши культуры многое теряют... Всем присутствующим заранее розданы наши журналы. Елена Всеволодовна Богородицкая привезла книги от Клуба Н.И. Рыжкова, в том числе и сборники интервью Марины Переясловой «О самом главном. Беседы с пассионариями России», где есть и беседа со мной («Надо идти своей дорогой»). Обедали в Конном театре (я там уже третий раз) на Хортице. Богуслаев одарил нас на память серебряными гривнами. После обеда я отдал «Сопротивление нелюбви» П.И. Кононенко и В.А. Богуслаеву. Так и отправились в аэропорт (оказывается, у «Мотор Сич» он свой). Там нас, кроме всех остальных, провожал и архиепископ Василий. Мы с Виталием взяли у него благословение. А владыка, оказывается, отдельно встречался с И.В. Касатоновым, с которым они дружны ещё с Севастополя. (Кто-то, кажется, сам Игорь Владимирович передал слова владыки: «Я четырёх адмиралов похоронил».) Кстати, мы договорились с Касатоновым, что он входит в редсовет «Вертикали. ХХI век» и передаст к концу года для журнала новую свою статью. В самолёте опять пили водку. А на выходе всем был явлен сюрприз от Богуслаева — пакеты с куском сала, банками с мёдом, бутылкой перцовки «Немирова». Ночевать остался в гостинице «Мотор Сич», Виталий Розе проехал на машине дальше, до вокзала. На душе от этой поездки и хорошо, и смятение. В некоторых вещах, во взаимоотношениях ещё предстоит разобраться. 14.09. Этот день специально запланировал для Москвы. Погода оказалась замечательной — сухой, тёплой, солнечной, с холодящим ветерком. Ещё из номера позвонил Нине Николаевне. Она (похоже, её разбудил) днём собирается в больницу забирать Олега Николаевича. Договорились, что лучше мне сегодня его не беспокоить. Да это и мне удобнее, успею побегать по Москве по своим делам. В первую очередь поехал к А.В. Ларионову в издательство «Советский писатель» на Поварскую. От метро «Красная Пресня» дошёл пешком. Но Арсения Васильевича ещё не было на месте. За ним только что ушла машина. Передав охране, что я ещё зайду, пошёл пешком в Союз писателей России на Комсомольский проспект. (Перешёл через Новый Арбат и по Большому Афанасьевскому переулку практически дошёл до Храма Христа Спасителя, а там уже дорога известная, много раз пройденная). В доме пустынно, все кабинеты заперты. Но повезло — пришёл один человек из редакции «Российского писателя». Выдал мне и «День литературы» и свои газеты. В «Дне» прочитал заметку Николая Переяслова о «В-17». В других газетах ничего стоящего. В «Советском писателе» А.В. Ларионов дал команду охране, чтобы сразу пропустили меня к нему, он ждёт. Секретарь выдала гонорар за очерк и номера «Слова». Арсений Васильевич, как всегда, подвижен, бегает по кабинету, приёмной. Разговариваем на ходу. Дарю ему «Сопротивление нелюбви» и ещё один экземпляр оставляю для Шестинского. Оказывается, Олег Николаевич стал почётным профессором Московского государственного открытого педагогического университета им. М.А.Шолохова. От Ларионова не спеша вернулся в гостиницу, оттуда с перегруженными сумками — на вокзал. Выехал заранее, чтобы не спешить, не бегать в метро по эскалаторам с тяжёлой поклажей. 15 сентября Сразу два письма дожидалось на работе — от Марины Переясловой и О.Н. Шестинского. Марина прислала газеты со своими публикациями. Олег Николаевич тоже газету с отрывком из повести и горькое письмо, написанное в больнице. Я сразу позвонил ему в Переделкино. Говорили о том, что соскучились друг по другу. Десять рассказов Олег Николаевич написал в больничной палате. Читал там В.В. Розанова. Я пообещал, что на следующей неделе постараюсь приехать в Москву и побывать у него. Шестинский перечитал мой очерк в «Слове» (и не один раз), и считает его очень сильно написанным. Мои отношения с Московским Союзом оценивает трезво. Считает, что их он по-настоящему не задевает и потому с той стороны «удара» последовать не должно. 18 сентября Рассчитывал завтра с Алексеем Марковичем на машине уехать в Москву. Но поездка сорвалась — он едет поездом. К тому же Кодин в Китае, Кононенко в Запорожье. Дозвонился до Заноги, но и Володя на яхте где-то далеко на Волге пишет этюды. Хотел его позвать с собой в деревню. Теперь придётся ехать одному. Мысль отправиться в Кунавино пришла после неудачных звонков. Погоду обещают хорошую. Надо заняться крышами, попробовать пописать, да и просто успокоиться, морально отдохнуть. Завтра в Союзе писателей заседание правления, но я на него не пойду. Неужели из-за этого тратить день. Разговаривал по телефону с Борисом Лукиным. Два раза он проезжал мимо меня по железной дороге (ездил с делегацией Союза писателей России в Сибирь). Теперь зовёт к себе на рыбалку. Да разве у меня в деревне хуже? После долгих затяжных дождей погода налаживается. А то в выходные и носа на улицу высовывать не хотелось. Писал письма Ларионову и Шестинскому (сегодня отправил) да и «вехи из биографии» для юбилейной библиографии. Тянет к Шестинскому в Переделкино. Так хочется с ним повидаться, поговорить. 19 — 22 сентября Кунавино Осуществил давно задуманное — пожить одному в деревне, позаниматься хозяйственными делами, пописать. За эти дни внутренне удивительно успокоился. Почти не хотелось есть. Проснувшись, утром садился за стол и писал. Днём занимался крышами — ремонтировал на бане, красил на веранде. Вечером и ночью опять писал. За три дня закончил большой очерк о Шестинском. В четверг позвонил Юрий Покровский. По поводу сборника в областной администрации говорят расплывчато. Но вот с депутатом городской думы у него произошёл очень хороший разговор с обещающим интересным предложением. Отдал ему Юрий Николаевич номер «Вертикали. ХХI век», чем несказанно удивил, что такой журнал существует. Депутат взял для чтения вёрстку сборника «Русское». А нам надо думать уже о следующем сборнике. Вернулся домой в пятницу днём. 23 сентября Утром позвонил Покровский. Встретились в 11-00 на ярмарке. Обсудили наши дальнейшие действия по «продвижению» сборника. Я настоял, что составителями должны оставаться только мы. Остальные могут быть только соавторами. Иначе очень быстро все переругаемся (при обсуждении материалов и отстаивании собственных позиций) и разбежимся, чем погубим дело. Вдвоём компромисс всегда найти легче, понять друг друга проще. Обсудили обложку (есть несколько вариантов, но остановились вроде бы на самом простом — чёрный фон, белый старославянский шрифт, или стилизация под него — «Русское») и возможное содержание следующего, второго сборника. Я предложил посвятить его вопросам культуры. Оказывается, уже вышел сборник В.М. Степанова «Учёные записки Волго-Вятского отделения Международной Славянской академии наук, образования, искусств и культуры. Выпуск 19», где есть и моя статья «Социальный бунт: возможен ли он в современной России?». И ещё — сегодня утром, когда Наташа спала, к ней в комнату в открытую форточку влетела синичка. Наташа проснулась от того, что птичка стала биться в стекло. Она её поймала и выпустила на волю. 27 — 29 сентября года Москва С тяжёлым сердцем ехал я в этот раз. И поначалу в столице так всё и складывалось, как сердцем предсказывалось. С гостиницей вышла проблема, Кононенко должен быть только завтра. Не откладывая, позвонил Шестинским и поехал в Переделкино. Погода чудесная — тёплая и солнечная осень. Плащ надел зря. Пришёл, а они ждут меня, не обедают. Так и пообедали, и поговорили. Олег Николаевич точно понял задачу моей книги и для чего, почему, с каким чувством статьи, помещённые в ней, писались. Таким точным пониманием «Сопротивления нелюбви» я был поражён! Тут же Олег Николаевич и листок со стихотворением мне вручил, которое написал по прочтении книги (перед этим вслух его прочитал — громко и сценически театрально). В.В. Сдобнякову Мне публициста Сдобнякова молитвенно отверзлось СЛОВО о Боге, Родине, святых… Горюю, что на этом свете, грешмя грешил я… И в ответе предстать мне перед ликом их. Я сам себя сужу сурово. И среди множества людского я беспощадно одинок… И, погружаясь в Сдобнякова, барахтаюсь я бестолково под истинами его строк. Нина Николаевна тоже «Сопротивление нелюбви» прочитала и похвалила — узнала много нового и познавательного (это ещё ранее, когда звонил им из Нижнего Новгорода и Олег Николаевич был тогда очень расстроен, даже духовно угнетён после звонка Олега Пономарёва — тот советовал перестать печататься в газете и журнале у Ларионова, как-то нехорошо говорил о нём). Ближе к концу разговора Шестинский предложил выдвинуть книгу на Международную премию имени М.А. Шолохова. Ну, это он погорячился. Назад в гостиницу «Мотор Сич» вернулся затемно. 28.09. Состоялась встреча с Кононенко. Не очень обнадёживающая, но всё-таки. Слишком много кто ходит сюда за дармовыми деньгами. Вот и Кодин должен приехать (оказывается, он уже в Москве) за деньгами — оплата за вручённые в Запорожье ордена общественной академии). Петра Ивановича это обижает. После встречи поехал в «Советский писатель». С Ларионовым не виделся, но через секретаря передал «Сопротивление нелюбви» для Юрия Васильевича Бондарева. Прогулялся по Москве. Погода уж очень располагала. Вечером встретились с Борисом Лукиным. В литературном музее на проспекте Мира вечер литераторов — довольно сумбурный и, как мне показалось, бесцельный. Какой-то азербайджанский поэт, ученик Юрия Кузнецова по ВЛК, еле-еле говорящий по-русски, читал свои переводы Высоцкого. Пожилая актриса читала свои стихи и рассказывала театральные истории. Художник представлял книгу иллюстраций тех, кто рисовал на сюжеты сказок Андерсена. И далее всё в том же духе. 29.09. В гостинице читаю книгу Арсения Ларионова «Заповеди блаженства», взятую у Шестинских. Захватила так, что потом и в поезде дочитывал. Состоялась встреча с Кононенко. Хоть и частично, но вопрос финансирования Петром Ивановичем решён. Боялся, что и вовсе придётся возвращаться ни с чем. 3 октября Вчера и сегодня звонил Ларионов. Арсений Васильевич приглашает на встречу со студентами для обсуждения 17-го выпуска «Вертикали. ХХI век». Это в Московский государственный педагогический университет им. М.А.Шолохова. Пока возможную встречу я перенёс на следующую неделю. Звонила утром Наташа Адрианова. Работа над книгой стихов (вернее, двухтомником) Юрия Андреевича «Обретённые тетради» — более ста пятидесяти не публиковавшихся стихотворений — идёт своим чередом. Прочитала некоторые (совершенно замечательные) стихотворения по телефону. Понятно, что в архиве ещё много чего осталось. Вот как важно, что жена любила и любит, ценит труд своего мужа. В издательстве у Игоря Преловского тираж моей книги готов. Потихоньку начал верстать следующий выпуск «Вертикали. ХХI век». 4 октября Случайно узнал, что по электронной почте пришли письма. Кроме всего прочего, фотографии Владимира Павловича Полеванова с озера Байкал для его статьи «К истокам! (Великих рек)» был и пресс-релиз фонда «Хрустальной розы Виктора Розова», из которого узнал, что получил премию по литературе за издание журнала «Вертикал. ХХI век». Это очень кстати, если брать во внимание возможные последствия моей публикации воспоминаний оЮрие Адрианове в журнале «Слово». 6 октября Половина вёрстки «В-18» сделана. Уже есть что показать в Москве. Распечатал очерк о Шестинском (условное название «Переделкинские встречи»). Его читал А.М. Коломиец, дал восторженную оценку. Сам я такого взгляда не разделяю, но видимо, что-то всё-таки удалось. Надо посылать рукопись Олегу Николаевичу для прочтения. Только хочу добавить в неё нашу беседу, ранее мною записанной на диктофон у него на дачи. 8 октября Вчера позвонила Марина Переяслова, поздравляла с премией. Затем, то же самое Владимир Жильцов. Сегодня встречался с Юрием Марахтановым. Юра передал рассказы для журнала, и завёл разговор о перевыборах в Союзе писателей. Опять старая волынка. Противно всё это слышать в третий раз. Сделал расшифровку беседы с Шестинским. Слушал кассету и словно вновь с Олегом Николаевичем разговаривал. Теперь очерк о нём завершён. 9 октября Синоптики начинают обещать заморозки. А у меня в деревне ещё всё брошено. Надо завтра ехать, несмотря ни на что. Звонил М.И. Кодину, А.В. Ларионову, О.Н. Шестинскому. В четверг надо бы быть в Москве. Но денег совсем нет. Собирались у меня в кабинете секцией публицистов. Пустопорожняя болтовня начинает угнетать. Если не будет дела в виде постоянного публицистического сборника — затея с секцией умрёт. Встречаться только для того, чтобы обсуждать огромные работы (многословные) Покровского? Только шестого числа, вечером звонил Юрий Александрович Изумрудов. Говорил, что Вера Дмитриевна Смирнова, несмотря на свои девяносто два года, бодра и деятельна, готовит к публикации книгу своих воспоминаний. Сегодня же вечером мне позвонили домой — Смирнова скончалась. Похороны в среду. 10 октября Кунавино Сергей Шестак утром отвёз меня к гаражу. Оттуда сразу поехал в деревню. Осень в полной красе — сухо, солнечно, тепло, из-под колёс впереди идущих по трассе машин пуржит жёлтая листва, вдоль трассы все краски осени горят на фоне голубого неба. В деревне, не расслабляясь, приступил к делам. Выкопал морковь, свёклу, собрал яблоки (не все). Яблок очень много. Три ванны собрал руками с веток, много поднял с земли. И всё-таки достаточно яблок осталось и на ветках, и на земле. На солнце плоды кажутся медовыми, светятся изнутри. А сорвёшь — становятся матовыми, немного шершавыми, приобретая истинную красоту. Созерцать их — наслаждение. Закрыл все окна. Подготовил к зиме баню. С крышей просто катастрофа. Нужен срочный ремонт! Управился со всем на удивление быстро. В 18-00 уже можно было ехать. И хотя планировал остаться ночевать (даже печь натопил) – но не удержался, сорвался с места. Дома (доехал без пробок) уже в темноте разгрузился и даже машину отогнал в гараж. 12 — 14 октября Москва Вчера созвонился с Кодиным, Ларионовым, Лукиным. Взял две пачки «В-17» с работы. Удачно купил билет на утренний поезд. И вот в Москве. С вокзала еду в университет к Михаилу Ивановичу. Он, как всегда, куда-то убегает. Успеваем пообедать. Забираю у него диск с фотографиями из Запорожья. Уже без Кодина отбираю на свой диск то, что пригодится для журнала. Перед отъездом на домашний адрес пришло приглашение (от Ю.А. Голубицкого) на награждение «Розой». Кодин выписал мне ещё одно приглашение — вместе с Ириной. Из РГСУ поехал на встречу с Борисом Лукиным в ЦДЛ. У высотки на Краснопресненской случайно встретились с Шемшученко. Володя окликнул — я его не видел. Оказывается, едет в Азов на какое-то казачье действо. Поздравил меня с премией, просит прислать материал о поездке делегации Клуба Н.И. Рыжкова в Запорожье для «Небесного всадника». Газета должна быть выпущена ко 2 ноября. Под навесом Центрального Дома литераторов (мелкий дождь) дождался Бориса. Зашли в рюмочную. Вечер Александра Яковлева в малом зале ЦДЛ. Хвалят много, да всё как-то обще. Такое впечатление, что выступающие не читали (почти) его прозу. «Поюродствовал», как обычно, Владимир Личутин, а больше заметных слов произнесено и не было. В буфете продолжили чествовать Александра. Мы с Борисом оказались за отдельным столом. Потом к нам народ постепенно присоединился. Неприятное впечатление осталось от выступления Алексея Шорохова (артистическое и самовлюблённое). Личутин за столом был по-свойски прост и весел. Удивил я С.Ю. Сибирцева тем, что и есть тот Сдобняков, которому присуждена «Хрустальная роза Виктора Розова». Он был членом комиссии. Оказывается, пришлось (как я понял, в мою пользу) отказать в премии Тимуру Зульфикарову — он тоже был претендентом. Ночевали в квартире родственников Бориса у метро «Речной вокзал» — одни. Перед сном ещё выпили коньяку — лишнего. 13.10. В «Советском писателе» у А.В. Ларионова. В кабинете громко играет музыка. Разговаривать не совсем удобно — но говорим. Арсений Васильевич одаривает книгами. Хочется мне спросить о судьбе моего рассказа — но не спрашиваю. Договариваемся, что они начнут продажу «Сопротивления нелюбви» через свои точки. В Шолоховском зале встреча со студентами Открытого педагогического университета. Они прочитали мои публикации в «Слове», книгу, «В-15, 17», статью о Вячеславе Клыкове в «Патриоте». Дают оценки, даже пытаются рецензировать. Но ни им нет большого интереса в этой встрече, ни мне. Главная тут причина в том, что они (девушки-студентки) далеки от моих взглядов, от моих тем, а я не смог их увлечь своим разговором. Правда, за обедом Ларионов сказал, что всё было достойно, хорошо. Ну — может быть, со стороны и виднее. Выпили мы с Арсением Васильевичем по бутылке водки. Сидели более четырёх часов. В благополучный исход своего дела по защите Международного сообщества писательских союзов во главе с Ю.В. Бондаревым Ларионов не верит — это точно. Вроде бы он даже у кого-то был в администрации Президента. Но поддержки не получил. И даже наоборот… Ночевать отправился в гостиницу «Мотор Сич». В столовой повстречался с Беззубцевым-Кондаковым. Александр уже руководит у Кононенко местной пресс-службой. 14.10. Выехал заранее, чтобы немного прогуляться. Пешком дошёл до метро «Аэропорт», а от «Тверской» бульварами, по известному маршруту, добрёл до Курского вокзала. Было пасмурно, серо, но не холодно. Правда, пакет с книгами таскать надоело. Но ведь не бросишь. Дома от Иры узнал — звонил Шамшурин (без меня), официально представился, поздравил с премией и передал, что они (кто?) за меня рады. Может быть, он не знает о публикации в «Слове». 16 октября Собрались публицистической (я, Юрий Покровский, Владимир Цветков) группой в геологическом музее. Мне окончательно стало понятно — если не будет конкретного дела (выпуска сборника), в очень скором времени мы разбежимся. Вот прочитаем все опусы, что ещё остались у Покровского, и на этом всё закончится. К тому же в принципиальных вопросах всё явственнее образуется раскол, непонимание. Позвонил А.В. Ларионов. Олег Николаевич очень обижен, что я к нему не заехал. Нужно позвонить, объясниться. Звоню. Шестинский старается говорить сухо, на «вы». Но то и дело сбивается на «ты». Возраст, обстоятельства жизни — всё заставляет его быть подозрительным, ожидать предательства. К концу разговора вроде бы «оттаял», принял мои объяснения. Опять высокую оценку дал «Сопротивлению…». Сказал, что опубликовал в газете «Щелковчанка» очерк о Георгие Мокеевиче Маркове, с которым был хорошо знаком по работе в секретариате Союза писателей СССР. Поговорил я по телефону и с Розе. Виталий поздравил с премией и наговорил кучу комплиментов о книге. От него их слышать радостно. Утверждает — прочитал от корки до корки, хоть кое-что раньше уже читал в периодике. 19 октября Вчера должен был пойти, по «наводке» Александра Пашкова на открытый просмотр — прогон спектакля «Смерть Тарелкина» в тетре драмы. Но не пошёл принципиально — была причина. Сегодня, уже на премьеру, позвала Лена Чернова — пресс-секретарь театра. У неё в театре оказался довольно уютный кабинет со старинным письменным столом. Рассказал ей свои последние новости (московские), кроме премии. В зале оказалось, что сидим рядом с Пашковым. Спектакль поставлен «весело», с социальным уклоном. Но как-то уж очень несосредоточенно, будто и режиссёр сам не знал, что хотел сказать своей работой, для чего ставил спектакль. В постановке нет внутренней энергии, внутренней (непроизнесённой) идеи. Когда ехали домой, Пашков сказал, что Володя Жильцов опубликовал стихотворение, посвящённое мне (в «Нижегородской правде»). Любопытно и непонятно, с чего бы. «Палыч» тоже несколько удивлён этим фактом. 20 октября Приходил ко мне в музей Рассадин — немного странный человек из общества имени изобретателя радио Попова. Это по рекомендации Юрия Покровского. Предлагает сотрудничество — через общество с отделениями в сорока городах России. Принёс две статьи конструкторов из «Лазурита» о подводных лодках. Если поправить, то вполне можно опубликовать. Расстались в хорошем настроении, с чувством, что оба нашли то, что искали. Звонила секретарь-бухгалтер Полина Николаевна, во вторник правление в Союзе писателей. Нужно идти, узнать, что там стряслось. К тому же сегодня и Любовь Ковшова из Сарова дозвонилась — говорит, что «Валерий Анатольевич Шамшурин действительно собирается уходить». Вечером нечто подобное подтвердил Жильцов, позвонив уже поздно и в не совсем трезвом состоянии. 21 — 22 октября Кунавино Наверное, это уже последняя поездка в деревню с Ириной. Она всё убрала в доме на зиму. Я поставил последнее бревно под крышу во дворе, кое-что убрал. Собрали несколько вёдер яблок с земли и с деревьев. Яблоки прихвачены холодом, но в доме начали оттаивать. Дважды топили печь, и всё-таки устойчивого тепла не было. Поздно вечером выходили посмотреть звёзды, но их не видно. Дул холодный ветер и что-то мелкое, невидимое ударяло в лицо — дождь или снежная взвесь. Пробыли на улице недолго. Замёрзли и вернулись в дом. А утром, проснувшись, увидели, что всё бело. На машине, траве, дорожках толстый слой снега. Вот и зима! Конечно, этот покров растает, уже к обеду заметно потеплело и с крыши закапало. И всё-таки первый снег в этом году. До города добрались без хлопот. Отвезли яблоки родителям в Доскино. Вместе с Ириной поставили машину в гараж. Как всё-таки приятно возвращаться из гаража не одному. 24 октября Правление в Союзе писателей. Перед этим немного постоял на Откосе, подставляя лицо тёплому ветру и любуясь заволжскими далями. Думалось о грустном, о смерти Марченкова и о том, сколько же мне отмерено ещё быть на этих берегах, любоваться земными красотами. Элементарные математические действия доказывали, что очень немного относительно уже прожитого. На правлении утверждался вопрос почётной капитуляции. Три комнаты в особняке остаются за писателями, остальные переходят в ведение города. Конечно, это начало конца. Но есть ли другой выход? Сразу после заседания — тут же в зале презентация «Записок краеведов». Стол скромен, почти до неприличия. Стояли с К.Д. Пройминым, Борисом Селезнёвым, С.П. Чуяновым. Константин Данилович подарил только что вышедший свой роман о старателях. 27 октября Большое Мурашкино Поехали я, Лена Крюкова, Александр Фигарев и его друг-певец — отмечать семидесятипятилетие Виктора Степановича Кильдюшкина. Отправлялись из Союза писателей на улице Минина. По дороге туда купил свежий номер «Литературной газеты». На первой странице имена лауреатов «розовской» премии. Неожиданно! Придя в Союз, сказал о публикации собравшимся ехать к Кильдюшкину. Гробовая тишина. Думал, что не поняли и повторил ещё раз, показав газету. Результат тот же. И только после этого до меня дошло — никто со мной эту радость разделять не собирается. Ну и я скромно замолчал — будто и не говорил ничего. Прибыли в центральную районную библиотеку. Попили чаю. Оттуда поехали в гости к поэту. Сам он только что перенёс инсульт, лежит не вставая на диване. Когда мы пришли — расплакался. Лену и Александра он знает хорошо. Мне для журнала приготовил новые стихи. Видимо, о моём намерении их напечатать ему написал Владислав Бахревский. В доме тяжёлый воздух, неприбрано — во всём ощущение старости, брошенности. А ведь раньше этот дом был так приветлив, сюда так много приезжало пишущего народа. Лена играла на пианино, певец пел, гости выпили по рюмке. Я первым вышел на воздух, отдышался. Местное кладбище, разрушенный храм, могила неизвестного мне поэта Бориса Харлампиевича Шумилова. (Фигарев рассказывал — комбайнёр, замечен нашими литераторами, жил в Горьком в квартире у Нила Бирюкова, который, получив новую квартиру, старую так ему и оставил, в итоге спился). Вечер в музыкальной школе. В маленьком зальчике старинного купеческого дома преподаватели старательно пели и играли на инструментах (и это было так трогательно, так, видимо, они обделены вниманием), наши ответно читали стихи. Я тоже сказал несколько слов. Певец был в ударе и цыганскими песнями покорил публику. Я его слышал второй раз — впервые на презентации книги Фигарева в городской библиотеке. В дороге вроде бы решили с Леной Крюковой дать её стихи в «Вертикали. ХХI век». 28 октября — 2 ноября Москва Первый день — сплошные переезды. На поезде до Москвы, на электричке до Дорохова. Там встретил Лукин и повёз к себе домой. Баня, разговор, устройство в доме для гостей, где я оказался не один — приглашённые на венчание съезжаются. 29.10. В храм приехали с опозданием — священник уже вносил чашу в Царские врата. Во время венчания я «шафер» (так назвал батюшка), держал венец над головой жениха. Он оказался тяжёлым, из толстого металла, и рука затекала. Но церемония прошла торжественно. Борис был в светлом костюме, Галя в белом подвенечном платье и фате. Хоть и возраст далеко не девичий, но это не выглядело «пародийно». Может быть, оттого, что все мы, гости, значительно старше новобрачных. Гостей, надо сказать, съехалось много, и я из них был далеко не самый желанный. Застолье быстро (как это и всегда происходит в последнее время) утомило, и я пожалел, что приехал. Но уехать в Москву ни с кем не удалось. 30.10. Холодно. Едем в местную школу. Галина запланировала встречу с учениками. Я категорически отказываюсь проводить встречу со старшеклассниками. Чувствую себя утомлённым, раздражённым после вчерашнего суетливого дня. Просидел сорок минут на выступлении Полины Ражновой (она, как и я, попала сюда после свадьбы и так же рвалась домой) перед второклашками. Заставили и меня что-то пробубнить. Впрочем, Полина провела здорово. В Москву отправились на автобусе. Долго ехали по Кольцевой дороге, пробираясь через пробки. В гостинице «Мотор Сич» Владимир Шемшученко оставил записку — просит захватить на вечер «Нашего современника» его газеты. Лукин приехал со мной. У МХАТа подошёл к М.И. Кодину, взял билет. Своё пятидесятилетие журнал встречает при аншлаге зрительного зала. Но вечер проходит до обидного скучно. Выступили: Татьяна Васильевна Доронина, Михаил Иванович Ножкин, Геннадий Андреевич Зюганов, Сергей Бабурин, Сергей Юрьевич Глазьев, Ивашов (генерал), Владимир Андреевич Костров, Юрий Михайлович Поляков, Александр Андреевич Проханов… Владимир в фойе разложил газеты — их разобрали. Окончания вечера дожидаться не стали, ушли в 23-30. Перекусили уже в гостинице. Забыл отметить выступление Владимира Николаевича Крупина, как всегда светлое, чистое, проникнутое верой, с которой ничего не страшно. 31.10. Утром еду в университет к Кодину. Хорошего разговора не получилось. Финансирование журнала по-прежнему остаётся неопределённым. П.И. Кононенко с В.А. Богуслаевым в Китае. После обеда в буфете ЦДЛ встретились с Шемшученко. Он был в «Литературной газете». В завтрашнем номере идёт рецензия на мою книгу «Сопротивление нелюбви». Нежданная радость от Александра Яковлева. Чрезвычайно быстро откликнулся. 1.11. С Володей бродили по Москве. Холодно, но сухо. Посидели в скверике Литературного института. Дошли до «Советского писателя». А.В. Ларионов принял нас с радостью, усадил за стол. За разговорами просидели почти до восьми вечера. Арсений Васильевич любопытно рассуждал о пути и его завершении «деревенской прозы». Трудно с ним не согласиться. Нужно было выходить на философское осмысление темы в художественной литературе. Шемшученко только не понравилось, что уж очень он категоричен в негативных оценках других. Ну и вызвало у Володи удивление, сколько мы за вечер с Арсением Васильевичем выпили водки — три бутылки анисовой. 2.11. На Курском вокзале встретил Ирину. Дождливо, но потеплело. Неудачно с ней искали магазин для покупки духов, бродя недалеко от Красной площади. Она утомилась. Пришлось ещё и меня ждать в метро на Соколе, пока я бегал в гостиницу за сумкой. Но уж отсюда прямиком поехали в Театральный центр на Страстной бульвар. Пришли рано, зато успели отдохнуть и успокоиться, себя привести в порядок. Фотографировались с актёрами Владимиром Константиновичем Трошиным и Василием Семёновичем Лановым, знакомил Иру с Кодиным и остальными. Торжество награждения прошло неутомительно. Все сидели за накрытыми столами перед сценой, где награждали, выступали лауреаты, артисты и приглашённые. Я сказал своё слово длинно и плохо. Мысль — столица не должна вести себя высокомерно по отношению к глубинке (не провинции). Домой в Нижний Новгород ехали в автобусе с нашим замечательным коллективом «Любава», который в конце вечера устроил маленький концерт песни и танца. 3 ноября Ночь в автобусе далась сравнительно легко. Ирина спала. Я тоже дремал. Дома, немного отоспавшись, поехал на работу. Отвёз привезённые газеты, сделал несколько звонков и встретился, как тому и обещал, с Анатолием Ивановичем Пафнутьевым. Не сговариваясь, зашёл Валентин Арсеньевич Николаев, попросил адрес Виктора Фёдоровича Потанина. Передал ему и журнал «Слово» № 4, 2006 г. с публикацией своих воспоминаний об Адрианове. В журнальном варианте они называются «Хорошие люди в плохие времена». Валентин позвонил вечером, сразу после прочтения. Очерк ему понравился. И ещё долго говорили о тех вопросах, что я затронул в воспоминаниях касательно литературной жизни Нижнего. Во многом наши взгляды и оценки совпадают. Вчера до награждения поговорил с Юрием Михайловичем Строевым. Он провёл в течение часа прямой эфир с Кодиным на радиостанции «Говорит Москва» (вещание на сорок регионов). «Во время передачи Кодин очень тепло говорил о вас». И тут же предложил мне в конце ноября поучаствовать в его программе. 8 ноября В зале музея Радиолаборатории на Верхне-Волжской набережной научно-технические чтения, организованные обществом имени Александра Степановича Попова. Довольно любопытные доклады. На темы разведки, вооружения, демографии и так далее. Правда, я был только до перерыва, много дел у себя. Угнетает в этих докладах и прениях научное высокомерие, не допускающее рассмотрение проблем в духовном аспекте. Позвонил Шестинским. Они прочитали мой очерк об Олеге Николаевиче. Тот наговорил мне много тёплых и восторженных слов. Дал точную профессиональную оценку написанного и предложил своё название — «Яблоки русского сада». Отметил «тонкие переходы» духовного состояния героя в моих записках. Разговаривал с Кононенко. Пётр Иванович вроде бы готов профинансировать этот выпуск «Вертикали. ХХI век». 9 ноября В новом здании политехнического института в Печёрах второй день чтений начался с представления журнала «Вертикаль». Вступительное слово сказал я (хорошо, складно). В заключении представил Коломийца. В этой аудитории его стихи были встречены сдержанно. Потом прослушали доклад московского гостя на тему — что сейчас происходит со страной и что её ожидает в ближайшем будущем. Говорил энергично, доказательно, но в заключение зал оказался ввергнут в полный пессимизм и растерянность — кто же будет руководить подготовкой новых кадров, новой элиты для страны, которые обеспечат ей достойное будущее? Вечером в галерее у Юркова скромно отметили мою премию. Володя Жильцов (и как-то, как мне показалось, очень провокационно) заговорил о предстоящих выборах и о моей кандидатуре на пост председателя Союза писателей. Я отказывался, но меня, похоже, и не собирались слушать, думая в этот момент о чём-то своём. Как же раздражают все эти разговоры! Да и Шамшурин никуда уходить не собирается. Сколько же можно всё это мусолить. 14 ноября Погода ужасная. В последние дни навалило снега, но температура около нуля. Вчера гололёд, сегодня дождь и месиво под ногами. Ира сильно ушиблась, упав на ступеньках на спину. Теперь мучается, а мы все переживаем. В такую погоду ей бегать по городу целый день — это невыносимо. У меня поездка к Кононенко отложилась до следующей недели. Шестинский по телефону рассказал (вчера), что Ларионов мою статью «Смена идёт?», опубликованную в газете «Патриот», читал студентам. (В статье впечатления от общения с молодыми студентами-журналистами, что состоялось у меня ранее.) Интересно, что за реакция была с их стороны? А может, и не было никакой, равнодушие. Олег Николаевич предложил, не откладывая, послать очерк «Яблоки русского сада» в журнал «Слово». Я пообещал и уже это выполнил. Хотя это может помешать публикации рассказа («Искушение»). Отнёс в типографию второй вариант вёрстки с правкой. Лена Крюкова звонила по поводу своих стихов. Поэзия у неё своеобразная, страстная, и мне бы хотелось её опубликовать. Но слишком велик объём. К тому же эта страстность, когда она имеет протяжённость на многие страницы, утомляет читателя. Его внимание теряется, рассредотачивается. Дозвонился до Виталия Розе. Своё шествие по Невскому проспекту с иконами и хоругвями 4-го ноября они провели. Разрешение получили от властей, как сказал Виталий, за три часа до начала. В моей жизни случилась заторможенность. Состояние противное — жду вёрстку, жду денег, жду чего-то ещё… 20 ноября Всё! С вёрсткой 18-го выпуска закончили. Позвонил в Санкт-Петербург, выяснил у Володи Шемшученко, что Клуб Н.И. Рыжкова в четверг 23-го, но приглашения на него М.И. Кодин не рассылал. Ну, мне главное — повидаться с П.И. Кононенко. Был приятный звонок из библиотеки Большого Мурашкина. Журналы и книги, мной отосланные, они получили. Говорят, что им в работе они очень пригодятся. Мне же кажется, что их взволновало внимание, отклик на их вечер. В Литературном музее им. М. Горького на улице Минина должен был пройти Круглый стол писателей Приволжского федерального округа (ПФО). На сам форум творческой интеллигенции в областной библиотеке я не пошёл, а в музей явился. И узнал, что Круглый стол отменили. Зато посмотрел «бархатный» зал с экспонатами, посвящёнными А. Мельникову-Печерскому. Особенно потрясла икона (видимо, ей благословляли) с венчальными свечами за стеклом. Ведь вот уже давно нет в живых этих людей, а мы видим материальные свидетельства их праздника. В такие минуты иначе ощущаешь и ценишь время. Вечером в театре драмы спектакль «Мастер и Маргарита» театра из Вильнюса. Идёт на литовском языке, перевод в наушниках. Много шума, визга, модерновости, проекции на экран. Есть любопытные актёрские находки. В целом же впечатление некоей пустоты, того, что режиссёру нечего по большому счёту сказать, нет глубокой идеи. Хотя, в общем, впечатление осталось, как от нечто любопытного. 22 ноября Перед завтрашней поездкой подстраховался — позвонил Лукину, Шестинскому, Кононенко, Кодину. Всё вроде бы идёт по плану. Обнадёживающий разговор с дамой из городского департамента культуры (Татьяной Константиновной Барановой). Тоже по телефону. От моего письма не отмахнулись, поставили в план сумму на мою книгу. Теперь осталось ждать распределения бюджета на следующий год и надеяться. 23 — 25 ноября Москва Выехали утром на машине с Алексеем Марковичем. Устроились в гостинице «Измайловская». Почти сразу уехал в Союз писателей России, но там никого не застал. Пешком, по старому маршруту (Крымский мост, Мытная улица) отправился к Свято-Даниловскому монастырю. Время было — прошёлся внутри монастыря, хотя уже стемнело. На территории гостиницы столпотворение от машин. Поздравляет митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла (главу внешнецерковных связей РПЦ) высшее чиновничество государства, политики. Делегация Клуба Н.И. Рыжкова прямо с поздравлений пришла на заседание — в соседний подъезд гостиницы. Выступал директор Института Дальнего Востока РАН Михаил Леонтьевич Титаренко. (Раньше я слушал его выступления на секции 9-го Всемирного Русского Народного Собора). Подробнее об этом в статье для «Вертикали. ХХI век». По окончании встречи долго сплетничали с Володей Шемшученко. 24.11. В «Мотор Сич» приехал к полудню. С Петром Ивановичем поговорили доброжелательно и результативно. Правда, всё это заняло много времени. Дважды звонил Шестинскому — пообещал к нему приехать, потом отказался из-за занятости. С Борисом Лукиным и Николаем Дорошенко в Московском Доме Национальностей на творческом вечере писателя из Якутии Николая Алексеевича Лугинова, представлявшего свой роман «По велению Чингисхана». Из писателей первого ряда никого не было. Хотя любопытно выступили девушки из этно-национального ансамбля. Подражание голосам птиц, исполнение музыки горлом впечатлило. За столиком на фуршете говорили с Сашей Яковлевым. У него, оказывается, родилась дочка. Познакомился ещё с двумя новыми писателями, но думаю, продолжения это знакомство иметь не будет. В зале, где проходил вечер, развешаны рисунки художника Д.А. Бойтунова, иллюстрировавшего роман. Посмотрел их перед началом вечера. Замечательные работы. К сожалению, воспроизведённые в книге, они многое потеряли. 25.11. Из Москвы выехали позже, чем хотели. Коломиец на один день летал в Дагестан и в гостиницу вернулся поздно. К тому же, отъехав на 50 километров от столицы, вдруг узнали, что забыли заехать за одним попутчиком. Пришлось вернуться. И всё равно дорога оказалась неутомительной, даже приятной, в хорошей компании. 28 ноября Вчера встречались у меня с Юрием Покровским. Конечно, несколько натянуто — в последний раз я всё-таки его обидел своими резкими суждениями. Дело с финансированием сборника «Русское» всё на том же «мёртвом» месте, хотя Юрий Николаевич макет размножил уже в пяти экземплярах и даёт его читать людям во власти. Приходил Владимир Цветков. Только что приехал из Москвы. Был на съезде Союза Русского Народа. Привёз мне газеты, диски. На съезде полный раздрай, склока между Олегом Анатольевичем Платоновым, Алексеем Алексеевичем Сениным и Михаилом Викторовичем Назаровым, Константином Юрьевичем Душеновым. Всё это губит русское дело. Нет духовного единства, сплочённости. Мы не готовы к решительным действиям, чтобы взять власть, к чему опять же с трибуны съезда призывал Борис Сергеевич Миронов. Договорились с Владимиром Георгиевичем, что со следующего номера начинаем печатать в журнале его статьи. По подавляющему большинству вопросов у нас полное единодушие. К тому же, мне нравится, как он пишет. 29 ноября Опять не мой день. «Гортоптрест» отказал в помощи изданию. Денежный вопрос давит. В Союзе писателей «столкнулся» с Шамшуриным. Валерий Анатольевич предлагает опубликоваться в «Земляках». Наверное, пора соглашаться. Подарил ему «Сопротивление нелюбви». Немного странная презентация книги А.И. Пафнутьева в литературно-мемориальном музее Н.А. Добролюбова. Много всего в куче далёкого от книги — дата смерти Добролюбова, отчёт Профессионального союза литераторов, чтение своих стихов В.М. Тереховым... Но встретился с В.В. Половинкиным, К.Д. Пройминым, В.И. Соболевым… Да и Анатолий Иванович прочитал свои стихи хорошо! Застолье… 2 декабря В педагогическом институте на площади Минина и Пожарского встреча с небольшой группой студентов. Её организовали Дмитрий Угрюмов и Юрий Покровский, который читал свой доклад. Текст многословный, поверхностный, неглубокий, изобилующий множеством исторических неточностей, да и просто придумок, ошибок. Тема — провинциализм российской культуры послеоктябрьского периода. После первой части доклада В.Г. Цветков вышел и повёл беседу о русском православии. Пришлось ввязаться в разговор и мне (хотя никак не планировал этого). Оплёвывание советского периода нашей истории неизменно вызывает во мне чувство протеста. Но более всего порадовали ребята — думающие и переживающие за Россию. Внутренние помещения, коридоры в институте обшарпанностью и убогостью угнетают. Нищета! 11 декабря День заседаний. Союз журналистов в театре кукол провёл свою отчётно-выборную конференцию. Было любопытно за всем этим наблюдать. Власти это «мероприятие» полностью проигнорировали. Не было и главных редакторов изданий (кроме некоторых районных газет — очень немногих), телевидения, радио. А казалось бы — третья власть, журналистская солидарность. И разговора-то ни по одному серьёзному вопросу не возникло. Будто в стране покой и порядок. Какое интеллектуальное и гражданское убожество и обнищание! Только Александр Пашков в своём выступлении обозначил некоторые болевые точки организации, но далее развития эта тема не получила. В Союзе писателей вечером правление. Опять обсуждение — отказываться от первого этажа здания или нет. Валерий Шамшурин настойчиво давит на отказ, Олег Рябов убеждает (и не без основания) этого не делать. Вот две заинтересованные стороны в этом деле. Остальные хранили безразличное молчание. И действительно, от них мало что зависело, и при любом раскладе они ничего не теряли и не приобретали. 14 декабря Вечером домой позвонил М.И. Кодин. Спрашивал, приеду ли на новогодний вечер клуба? Между прочим, в разговоре подсказал хорошую мысль — начать публикацию материалов о людях «Московского интеллектуально-делового клуба (Клуб Н.И. Рыжкова)» (а ведь там сплошь известные личности с интереснейшими судьбами). С другой стороны, это подтолкнёт их к финансированию издания. Тогда это и меня более сблизит с ними. Володе Цветкову вчера предложил проводить литературные вечера журнала «Вертикаль. ХХI век». Он воспринял это с готовностью. Встречи должны бы поспособствовать реализации нашей литературы. Так, во всяком случае, я планирую. 16 декабря Очерк о Шестинском «Яблоки русского сада» и статью о выступлении в Клубе председателя Общества российско-китайской дружбы, академика РАН М.Л. Титаренко дал прочитать Пашкову (Асеевскому). Вечером он позвонил. Беседу с Олегом Николаевичем и что-то из Титаренко он сдаст в редакцию «Нижегородских новостей». Замечания по очерку: когда пишу о книгах Шестинского, то скован, надо свободнее их разбирать, оценивать; конфликт, участником которого в Москве оказался Шестинский, непрописан. Его надо либо убрать, либо более широко осветить. С замечаниями я согласиться не могу. 17 — 19 декабря Москва Приехал в воскресенье, заранее, чтобы побыть у Шестинских в Переделкино. Главное же — встречи с Кононенко. С вокзала поехал к Олегу Николаевичу. Он всё унывает. А ведь это идёт от прошлой, советской избалованности литературного начальника. Его ведь и сейчас печатают (а могли бы ещё больше, если бы он приложил немного усилий). Я попытался убедить Шестинских, чтобы подготовили рукописи книги рассказов и воспоминаний, отнесли их в издательства. Но вряд ли они это сделают. 18.12. Утром уехал в Москву. В «Мотор Сич» довольно быстро состоялся разговор с Кононенко. Пётр Иванович пообещал оплатить типографские расходы № 18 журнала. Деньги принесёт завтра на Клубный новогодний вечер. Побывал у М.И. Кодина, отправился к Е.В. Богородицкой, но их на месте не застал. В книжном магазине Литературного института посмотрел книги для Пашкова, но, кроме записных книжек Андрея Платонова, ничего не нашёл. Вечер опять у Шестинских. 19.12. О встрече с Ларионовым договаривались заранее. Приехал к нему в «Советский писатель», а там застолье после освящения кабинета. Поп с дьяконом (довольно молодые) уже порядком захмелели, говорят непрерывно — назойливо, громко. Я пообедал, хотя и не пил. А разговор у гостей всё громче. Пришла Елена Львовна — супруга Ларионова (она занимается журналом «Слово»). Настойчиво просит публицистику. Мой рассказ «Искушение» идёт в шестом (последнем за этот год) номере журнала. Как я и думал, Арсений Васильевич человек совершенно невоцерковлённый, да и не верующий — ни исповеди, ни причастия не признаёт. Никогда их не совершал и сказал, что не совершит. Мой очерк о Шестинском он прочитал. Есть претензии. Хочет, чтобы я что-то дописал в последнем абзаце. Но подробно поговорить не удалось. Из издательства отправился в Клуб на Новогодний вечер. Настроение хуже некуда. Позвонила Ирина. Таню срочно положили в больницу. Лечение, проведённое до этого, не помогло. На вечере подарил журналы А.Н. Квочуру, В.К. Трошину, А.А. Бессмертных. Александр Александрович порадовал отзывом: «Я ваш журнал от корки до корки читаю». Поговорили (и я наговорил ему хороших слов) с генералом Шамановым — чеченским героем. Кононенко не пришёл! Но на завтра я не останусь — решил срочно (наша «Любава» выступила на вечере) вместе с ансамблем на «Газели» ехать домой. На сердце тоска, неспокойно — что там с Танюшей. А тут в дороге ещё поломались. Пошёл лёгкий снежок, запорошил землю, похолодало. Кстати, снег так ещё на землю и не лёг. И это в декабре! Домой добрался только в 11-00 уже двадцатого декабря. Чумной и вымотанный. 21 декабря В отчаянье позвонил Владимиру Павловичу Полеванову. Поговорили очень доброжелательно. Я не ожидал такой реакции на мой звонок. Договорились, что завтра я к нему приеду, и он попытается чем-то помочь. Надо возвращаться в Москву. Дозвонился и до Кононенко. Он улетает в Киев, в Москве будет в понедельник. Тоже вроде бы договорились о встрече. Билет купил на шестичасовой «Буревестник». 22 — 26 декабря Москва Из гостиницы позвонил, а потом и поехал в офис к Полеванову. Там меня уже ждали. Встреча прошла в полной приязни. Хозяин показал и подарил замечательные панорамные фотографии видов Байкала. Договорились, что запишем с ним интервью. Как собеседник Владимир Павлович чрезвычайно интересен нестандартным мышлением. Проехал в «Советский писатель» к Ларионову. Но с Арсением Васильевичем разговора опять не получилось. Вечером в Вологодском представительстве презентация журнала «Лад». Выступление бардовского коллектива. Фуршет. Привёл меня туда Борис Лукин. За столом стояли с Александром Яковлевым. А назад до метро «Тверская» (мимо памятников Гоголю) шли с Борисом Лукиным. Настроение у меня приподнятое после встречи с Полевановым. Пили с Борей водку прямо из горлышка, не закусывая, отхлёбывая маленькими глотками. Следующий день провёл в гостинице, никуда не выходя. Читал книгу Владимира Губарева о создании атомной бомбы «Секретный атом». Воскресенье в загородном доме Бориса. А вот вернувшись в понедельник в Москву, в офисе «Мотор Сич» получил «удар» — Кононенко в командировке. Приходя в себя и собираясь с мыслями, ходил по парку. Расстроился жутко. Вернувшись в гостиницу, позвонил Петру на сотовый. Он обещает быть в четверг. Надо уезжать — оставаться нет смысла. Смятение, как поступить правильно? На Курском вокзале есть билеты. Но только ночные. На сотовый позвонил Лукин — можно заночевать в Москве в знакомой уже квартире. Поэтому билет покупаю на дневной «Буревестник» и еду в Союз писателей России. В редакции «Российского писателя» застолье. Не остаюсь и ухожу гулять по Фрунзенской набережной. На душе тягостно. Хотя половину дела, намеченного на эту поездку, сделал. Может быть, самую важную и перспективную. Придя в Союз, сидел у Переяслова. Николай жаловался на безденежье, рассказывал, как ездил в Туркмению на конференцию по «Рухнали», о тотальной слежке за приезжими. Говоря о Шестинском, только заметил — он остался совсем один. Я же повторил, что Олег Николаевич жалеет о произошедшем разрыве между ними. Но видимо, поправить что-то уже трудно. В квартире читал венок сонетов Бориса Лукина (рукопись), и почти ничего не понял. Свои впечатления вынужденно выразил какими-то общими фразами. На следующее утро заехали в гостиницу за моими вещами и опять отправились на Комсомольский проспект. Лукин записал на диск макет книжки «венка», который я забрал с собой в Нижний Новгород. Будем издавать в «Вертикали. ХХI век». 27 декабря В Союзе писателей новогодний вечер. Едем вместе с Алексеем Марковичем. Рад был повидать многих наших. Пела какая-то певица (хорошо), которая и раньше у нас выступала на вечере. Не получилось устраниться от примирения с Михаилом Чижовым. Подошёл неожиданно, сзади (хотя в коридоре я с ним встретился, но здороваться не стал), будто ничего и не произошло. Начал говорить, чтобы я не обижался. Книжку свою подписал и сунул мне в руки. В общем, умеют они это как-то всё обстроить, да так, что и сообразить не успеваешь. Закончили вечер своим малым кругом за сдвинутыми столами в кулинарии на улице Минина. Говорили хорошо, многое вспоминали. Юра Марахтанов похудел, высох. Признался мне — врачи считают, что его младшая долго не проживёт. И жалко его до боли в сердце. Традиционно всё испортил Павел Климешов. Начал всех обвинять в бездарности (ну, это как всегда), и что его-то вознесут после смерти (тут что-то новенькое, до такой самооценки он раньше не доходил). Но это уже было в самом конце. Простительно. Долго у Кремля прощались с Виктором Карпенко. Он всё рассказывал о «технологии» своего издательства. А снег шёл и шёл. 28 декабря Позвонил Олегу Николаевичу. Решил загодя поздравить с праздником. Настроение у Шестинского приподнятое. Сообщил, что Ларионов огорчён тем, что мы не смогли с ним пообщаться. А потом предложил прочитать по телефону новые, недавно написанные стихи (предчувствие которых он мне объяснял ещё в Переделкино) — и прочитал. Мне показались они сильными. В них успокоенность, раздумчивость, желание выйти из состояния «войны», в котором Олег Николаевич находился в последние годы. Решили, что этот цикл и будем печатать в первую очередь в «Вертикали. ХХI век». А уж прозу потом. Вечером звонок Бориса Селезнёва. Опять о выборах и о моём участии в них. Но ведь положение в Союзе (особенно с помещением) чрезвычайно непривлекательно. Попытался это ему объяснить. Своё участие в выборах не обещал.
(СЕНТЯБРЬ – ДЕКАБРЬ, 2006)
Комментарии
Отправить комментарий