ВАЛЕРИЙ СДОБНЯКОВ. ИСКРЫ ПОТУХАЮЩИХ КОСТРОВ
(АВГУСТ, 2011)
Разворачивая свиток времени
Журнал «Вертикаль. ХХI век» № 51, 2017 г.
На обложке журнала «Вертикаль. ХХI век» № 25, 2009 г. работа художника Т.В. Арбековой
Сдобняков Валерий Викторович. Родился в 1957 г. в Красноярском крае. Создатель и главный редактор журнала «Вертикаль. ХХI век». Секретарь Союза писателей России. Председатель Нижегородской областной организации Союза писателей России. Лауреат многих всероссийских и международных литературных премий. Награждён государственной наградой – «Медалью Пушкина», а также Почётной грамотой Нижегородской области и Почётным знаком главы города Нижнего Новгорода. Автор тридцати книг прозы, публицистики, критики. Живёт в Нижнем Новгороде.
СЛЕД ОБЛАКА И ВЕТРА
2011 год
1 августа
Позвонила Нина Николаевна Шестинская. Она смогла распорядиться большей частью архива Олега Николаевича. Многое сдала в архив рукописей, ещё больше в Центральный литературный архив — письма, вырезки публикаций, книги. Точное название архивов я не запомнил, но, по сути, передаю верно. До этого «болгарскую библиотеку» (книги, подаренные Шестинскому болгарскими авторами, с их автографами) передала в Славянский центр, в болгарский отдел.
Вообще, вдова сделала большое дело, очень грамотно всем распорядилась.
Пообещал Нине Николаевне 15 августа заехать к ней. Это на обратном пути из Белоруссии.
2 августа
Михаил Попов из Архангельска позвонил с доброй вестью. Он всё моё получил — журнал, книгу, статью о книге писем Павла Флоренского из Соловецкого лагеря. Статья понравилась. Ставит её в «Двину» без сокращений и просит никому её больше не давать. Покаялся, что забыл нам прислать поздравление с десятилетием «Вертикали. ХХI век». Конечно, жаль. Но тут мне самому надо было быть понастойчивей. Хотя, тогда на эту настойчивость не хватило ни сил, ни нервов. Всё сам, всё один. И то, что сделано, иначе, как чудо, мной не воспринимается.
Заговорил Михаил и о моих беседах. С мнением В.П. Полеванова насчёт расстрела Верховного Совета РФ он не согласен (а разве согласен я?), но ведь это история, и иную точку зрения на прошедшие события мы тоже должны знать. Предложил я и с ним сделать интервью. По электронной почте писать ответы Михаил отказался. «Давай пересечёмся где-нибудь». Что ж, попробуем.
Звонил он мне из-за праздничного стола — у него день рождения.
5 августа
Почти со всеми долгами перед поездками рассчитался. Макет книжки для вычитки Пафнутьеву отдал. Статью о «Невесте» Чугунову отправил. Журналы в Москву по просьбе Анатолия Строкина отослал. Единственное — не подготовил письма губернатору и областному министру культуры. Но на это, возможно, у меня ещё будет вторник, девятое число.
Вчера связался с Полевановым. Застал Владимира Павловича за два часа до вылета. В Москву он вернётся на короткий срок лишь в двадцатых числах. Вновь встретиться не удаётся.
Был в гостях у Е.И. Галкина. Много говорили о Пушкине. Листал книги первой половины XIX века (Георгиевский). Оказывается, у Евгения Ивановича большая библиотека детективных романов, Чейза, и даже 19 томов Юлиана Семёнова. По настойчивому предложению Евгения взял четыре книги из серии зарубежного детектива, попробую что-то почитать в дороге. Серьёзное-то всё равно ничего в голову не пойдёт.
Звонил Диме. Тот весь в нетерпении. Никак не дождётся поездки на рыбалку.
6 — 8 августа Рыбалка (Воротынский район)
Шелехов привёз на новое место. Немного ближе прежнего, но всё в тех же краях. Остановились на мысу. С трёх сторон вода. Просторно. Есть чем порадовать глаз. Царство бобров. Они валят огромные деревья. Ночью жуткий шум — то ли от падающих деревьев, то ли это бобры бьют хвостами по воде.
Во второй вечер был полный штиль. Плавал по новой протоке. С краёв по берегам высоченный лес — дубы, сосны, ели, липы… Далеко от берега, по большим листьям кувшинок полз уж — приплыл сюда по воде. Громкие крики цапель над водой. Один раз видел, как они летели цепочкой, друг за другом, сразу четыре птицы.
Спугнули утку с выводком. Малыши молча поплыли в одну сторону, а утка, громко крякая, ударяя крыльями по воде (изображая из себя раненую) в другую. Обманщица. Убедившись, что мы никакого интереса к ней не испытываем, поднялась на крыло и улетела к своим подросшим утятам.
Георгий поймал три щуки. Я ловил краснопёрок. Много их съел жареными. Достаточно и насолил, привёз домой и — выбросил. Можно было бы их вывесить на балконе, но кто за рыбой будет следить, когда мы уедем в Белоруссию?
9 августа
Работал с удовольствием. Подготовил и отправил письмо губернатору по поводу юбилея Фёдора Григорьевича Сухова. Письмо министру культуры о моей книге, посвящённой нижегородским писателям. Внёс правку в текст о Пафнутьеве и в текст интервью с Бондаревым. Юрий Васильевич полностью исключил два ответа. Мне кажется, что я понял, почему. Они касаются конкретно военных действий, и он побоялся, что его могут уличить в неточностях. В своей книге эту беседу я дам полностью, без сокращений. Так же, как сделал и в прошлый раз.
С большим интересом начал читать воспоминания скульптора Коненкова «Мой век».
Подключили домашний интернет и уже пообщались с Таней по скайпу.
10 — 15 августа Москва — Белоруссия — Москва
Выехали в Москву на Таниной машине. За рулём Дима. Таня уехала домой ещё в воскресенье на поезде. Только вечером в Москве все собрались вместе. Наташа с Женей на «Шкоде» до Москвы ехали отдельно и ночевали в Домодедово.
11.08. Пасмурно, дождь. На трассе ждём «Шкоду» около часа. Затем долгая дорога. Дима («Что будем слушать в дороге?») вчера по моему предложению перекачал из интернета поэмы Сергея Есенина и малое собрание сочинений А.С. Пушкина. Есенина им хватило ненадолго. Прослушали инсценировку «Анны Снегиной» (старая, советская) и самое начало «Пугачёва». А вот Пушкин захватил. Слушали запись многие часы: «Руслан и Людмила», «Полтава», «Цыгане», «Граф Нулин», «Скупой рыцарь», «Пиковая дама», «Пир во время чумы»… Исполнение чтецами замечательное. Запись современная, энергичная. Поэзия гениальная. Я как-то по-новому услышал Пушкина, осознал, насколько он современен и вечен.
По Белоруссии ехали через Могилёв, Бобруйск до Солегорска. Земля ухожена, обработана. Поля убраны, солома в брикетах. Стоит только кукуруза да свёкла зеленым-зелена. Но во всём ощущение опрятности. Обочины чисты. Долго ехали через леса. Поразило — никаких поваленных гнилых стволов, никакого сухостоя. Неужели чистят?
Все предприятия работают. Порушенных брошенных цехов, или переделанных в торговые центры не видел ни одного. Но и нового строительства почти не ведётся. Вообще, эти провинциальные города остались в той, советской эпохе — и думаю, не только в своём архитектурном облике. Например, поразило вкусом обыкновенное мороженое, купленное на бензозаправке. Это мороженое моего детства — сливочный пломбир. Я думал, что его больше не существует в природе. Потом мне уж сказали, что на территории республики действуют советские «Госты» качества продукции.
Радостно было видеть журавлей. Чаще гуляющих вдоль обочин дорог. Но однажды пара летела высоко в небе — неторопливо, величаво.
Солегорск обозначился впереди огромными белого цвета отвалами — терриконами. Как я понял — это одно из главных предприятий страны, приносящее республике стабильный доход. Оно производит из добытого в шахтах сырья калийное удобрение для сельского хозяйства, которое продаётся во многие страны мира. Для Солегорска это градообразующее предприятие. Здесь уютная однокомнатная квартира мамы Димы. В ней расположились и тут же после обеда отправились в спортивный комплекс в баню, где нас угощали свиными ножками под пиво и водку. Плавали в бассейне.
12.08. Традиционная для меня пешая прогулка по новому городу. Он невелик, и поэтому времени понадобилось немного. Чистота, опрятность, ухоженность во всём. Город новый, рождённый в самом конце 50-х годов прошлого века. Отличный парк. Интересный, вольной трактовки, памятник Ленину. На высоком постаменте (красный камень) вполоборота большущий бюст. Как бы в движении, в порыве. Интересно. Дома выкрашены, опрятны. Магазины полны. Но рванувшие вверх цены людей страшат. Хотя по нашим деньгам это всё очень дёшево. С одной стороны к городу подходит берег большого водохранилища, значение (хозяйственное) которого я так и не понял.
Не побывал только на дальней новостроечной окраине. Остальное всё обошёл. Много раз останавливался, сидел в теньке, читал книгу (взял с собой воспоминания скульптора Сергея Тимофеевича Коненкова «Мой век», и «добиваю» их не торопясь) и лишь к четырём вернулся в квартиру. И то только потому, что встретил гуляющих наших на улице Ленина. А до этого гулял и по Мира, и по Заслонова…
Вечером застолье, ночь после которого закончилась небольшим происшествием.
13.08. Дача дяди Димы — Сергея. Баня, шашлыки, варёная кукуруза. Долгие разговоры о политике, о социальной ответственности власти, во время которых хозяева всё больше молчат, а мы безжалостно ругаем российские порядки.
Расстаёмся, как мне показалось, оба довольные состоявшимся знакомством.
14.08. Возвращаемся в Москву по новой дороге — через Слуцк. Великолепное шоссе идёт от Бреста. Продолжаю дивиться «бурно живущему» сельскому хозяйству. Хотя частные наделы, огороды, как мне показалось, не велики. И стада скотины почти не встречаются. Но вдоль обочины довольно часто наблюдаем пасущихся лошадей. Почти забытая у нас картина.
Но стоило переехать границу России, въехать в Смоленскую область — и вновь запустение, разруха — заросшие сорняком и березняком поля, мусор у дорог, выбоины на шоссе… Нет этому никакого рационального объяснения. Только одно — в стране властвуют те, кто её не считает своей.
15.08. Решил в Москве не оставаться, хотя билеты на Нижний Новгород у меня куплены на завтра. Плохо спал ночью. Почти до 16-00 прождали Наташу, а одну Ирину в опустевшей квартире (Таня и Дима улетели отдыхать в Краснодар) я оставлять не стал. Она бы истомилась. Но и целый день у меня пропал.
Домой ехали с Женей. Вечером сходил на Московский вокзал и сдал билет. Получилось, что шесть билетов я купил, и все их пришлось сдать.
16 августа
Вчера поздно звонил Чугунов. Он тоже путешествовал — ездил к Валентину Курбатову во Псков. Делился впечатлениями. В частности — что как новый «символ» русской литературы они (круг, в который входит Валентин Яковлевич) хотят объявить Захара Прилепина. Как бы передать ему эстафету от Валентина Распутина. Чугунов на это Курбатову возражал. Я же вообще не могу понять, что происходит. Если это есть современная вершина русской литературы, то как же мы должны относиться к традиции, заложенной писателями (русскими) XIX-XX веков?
Моя статья о «Невесте» отцу Владимиру понравилась. Ещё один долг с плеч долой.
Вечером в квартире у Лены Крюковой отмечаем её 55-летие. Собрались некоторые писатели. Пришли Виктор Тырданов и Евгений Юсов, с которым мы накоротке к обоюдному удовольствию познакомились впервые. Вечер прошёл замечательно — стихи, песни, добрые разговоры. Я подарил журналы.
17 августа
В «Атомэнергопроекте» посмотрел выставку картин художницы из посёлка Смолино (она специально меня туда отвезла). Впервые видел её работы, и они оставили впечатление вполне профессиональное. Художница зарабатывает на существование только живописью. Родственные мы души — но только в этом плане. Только своей нескончаемой болтовнёй изрядно утомила.
С регистрацией изменений в уставе журнала выявились проблемы.
19 — 21 августа Кунавино
Убирал траву у бани. Перепилил остатки старого деревянного хлама, что был свален за обочиной перед домом. Собирался писать о поездке в Белоруссию, да так ничего и не сделал.
Приближение осени ощутимо во всём — и в ранних туманах, и какой-то грусти, которая, хоть и не объяснима чем-то конкретным, разлита в округе. Птиц больше не слышно. Только вороны на крыше бани расселись разбойничьей шайкой.
И думается о прошлом с глубокой тоской. Почему? Нет у меня на это ответа.
22 августа
После долгих летних отпусков повидались с Мюрисепом. Александр Васильевич пришёл в редакцию, когда у меня был Чугунов. о. Владимир рассказывал о поездках к Курбатову, в Китай. Интересный эпизод — В.П. Астафьев обиделся на Курбатова за то, что тот не принял его роман «Проклятые и убитые». (Видимо, разговор происходил по телефону.) Курбатов полетел к Астафьеву в Овсянку для примирения. Виктор Петрович демонстративно при нём копал картошку. Разговаривали громко, «по-деревенски». Но потом пошли на берег Енисея, выпили и помирились.
Когда остались с Мюрисепом, то разговор пошёл вяло. Кажется, своим настроением я Александра Васильевича обидел или озадачил.
Позвонил Александр Пашков. Уныл. Теперь у него ещё и проблема с ногами — болят.
23 августа
Только сегодня смог получить электронную почту за прошедший месяц. Среди прочего письмо от Дионисия Гарсии (от 04.08) и из «Литературной России» с заинтересованностью в моём интервью с Юрием Бондаревым. Отправил. А вот письму Дионисия обрадовался. Может быть, это новое знакомство окажется душевно притягательным, творческим, по-человечески тёплым? Жаль, что из компьютерного центра «Волгагеологии» не сообщили мне об этом послании раньше. А ведь просил «сбрасывать» мои письма в компьютер секретаря.
Десятого августа смог бы повидаться с испанцем в Москве или после возвращения из Белоруссии.
24 августа
Сходил в мастерскую к Мидову. Подарил Николаю Павловичу 33-й выпуск «Вертикали. ХХI век». Показал он свою новую живописную работу — «Красный закат». Волга, Ока, Стрелка, Нижневолжская набережная. Известный мотив, выполненный в технике Мидова. Есть у художника и ещё одна картина, которую я видел раньше. На ней изображён одинокий человек с крыльями. Предложил Мидову обе эти работы поместить на обложке нашего журнала.
За чаем рассказал Николаю Павловичу о том, что отправил патриарху копии писем по ситуации в Семёнове (о. Игорь Иудин) от журнала. Он удивился: «Смелый ты человек. Как бы чего они с тобой не сделали».
29 августа
Из отдела кадров министерства по печати (из Москвы) позвонили с тем, чтобы мы предоставили обновлённую справку из налоговой инспекции по поводу отсутствия у редакции долгов перед бюджетом. Оказывается, мои документы на награждение находятся у них. Воистину, не перестаю удивляться нашей бюрократической машине. После подписей мэра, губернатора, главного инспектора президента по области, полпреда Приволжского федерального округа дело вновь рассматривают какие-то клерки в федеральном министерстве. Тогда зачем нужны все предыдущие конторы, если подпись их глав ничего не стоит, ничего не решает? Абсурд! Полный абсурд!
Ладно, хоть с перерегистрацией Устава «Вертикали. ХХI век» всё вошло в завершающую фазу.
Началась работа над вёрсткой моей новой книги «Душа живая». Собираю в неё очерки о писателях (живых и ушедших), последние беседы. Дам в ней тетрадку с фотографиями.
Комментарии
Отправить комментарий